Андрей стрельцов хоккеист ссср. Андрей стрельцов извинился за скандальное интервью о российском футболе
, «Анжи», «Химок» без утайки раскрыл читателям всю подноготную отечественного чемпионата.
Среди важнейших обвинений Стрельцова, ныне работающего в Федеральной миграционной службе, стало заявление о том, что экс-главный тренер «Рубина» Курбан , за который футболист выступал в 2003 году, брал с игроков деньги за попадание в состав.
«Он сказал Косте (агент игрока Константин Сарсания. — «Газета.Ru»): «Как только выдадут сумму, надо отдать часть». Я говорю: «Не вопрос». Тренировался, сидел на теоретических занятиях, но не играл ни за дубль, ни за основу. Звоню Косте: «Что за фигня?» - «Сейчас сумму получишь, отдашь ему и будешь играть». Я отдал деньги, но Бердыев меня все равно не выпускал. Ссылался на то, что я мягко играл на тренировке», — рассказал Стрельцов.
По словам Андрея деньги с игроков за место в составе брал не только Бердыев, но и Валерий Петраков, последним местом работы которого является московское «Торпедо». Якобы в бытность тренером брянского «Динамо» тренер потребовал со Стрельцова «откат», но тот наотрез отказался отдавать деньги и вскоре покинул клуб.
Петраков первым из фигурантов скандального интервью заявил о желании подать в суд на бывшего подопечного и «наказать его за клевету».
Вскоре о подобном желании рассказали другие герои историй Стрельцова. Омари Тетрадзе, еще одного тренера, Андрей обвинил в пособничестве грузинским игрокам, а также поведал о драке со специалистом, которая произошла, когда тот работал в махачкалинском «Анжи».
Своего агента Константина Сарсанию Стрельцов упрекнул в желании нажиться на футболистах. По словам игрока, Сарсания стремился организовать ему как можно больше переходов, чтобы зарабатывать деньги с процентов от трансферов.
Наконец, экс-президента «Спартака» Стрельцов обвинил в том, что функционер не позволил ему перейти в итальянский «Милан», запросив у «россонери» слишком большую сумму, а бывшего наставника красно-белых Олега а в пьянстве.
«Когда пьяный, черные очки наденет и сидит, чтоб не видно было. Играли однажды с «Торпедо». Романцев меня на замену вызвал: «Так, Андрюх, в нападение выходишь» - «Я вообще-то защитник». - «Да? Ну ладно». В итоге выпустил в полузащиту», — поведал спортсмен.
Интервью Стрельцова вызвало серьезный резонанс, приоткрыв грязные тайны российского футбола. Однако риторика самого героя беседы становилась все менее обвинительной. Позже в интервью Андрей не отрицал сказанного раннее, но отвечал на все вопросы с явной осторожностью.
«Я же говорю о своем опыте. Когда я пришел, в Казани было так. Почему бы, когда тебя взяли, не отдать? Нормальное явление... Да нет, это было как бы одновременно... А то, что там написали, что Курбан берет со всех, это от себя чуть добавил... Хех. А кто сказал, что я давал?» — дословно процитировал Стрельцова «Советский спорт».
Вместе с тем Андрей опроверг историю о драке с Тетрадзе, отметив, что имела место всего лишь небольшая потасовка.
Через пару дней риторика Стрельцова изменилась кардинальным образом. Экс-футболист сам позвонил в одно из российских спортивных изданий и извинился за сказанное ранее. Виноватым во всем оказался журналист, бравший интервью у Стрельцова.
«Признаюсь, не ожидал, что все сказанное мной вызовет такой резонанс. Только теперь я понял, насколько был не прав, когда откликнулся на просьбу тех, кто уговорил меня дать это интервью. Ясно, что они преследовали какие-то свои цели, стремясь с моей помощью опорочить нормальных людей, — цитирует Стрельцова «Спорт-Экспресс». —
Поэтому прежде всего хочу извиниться за свои слова перед Константином Сергеевичем Сарсанией, Курбаном Бекиевичем Бердыевым, и всеми теми, кого я невольно обидел в своем интервью. Все они - исключительно порядочные, преданные футболу люди. Заявляю: никому из них я никаких денег не давал и никто их у меня не требовал. А журналист, с которым мы общались, не совсем верно меня понял. Сам я, в свою очередь, не потрудился проверить то, что он написал».
Объяснения Стрельцова, мягко говоря, вызывают вопросы. Еще пару дней назад он не отрицал сказанного прежде и пусть с оговорками, но полностью подтверждал все обвинения в адрес Бердыева и компании.
Теперь же экс-футболист резко осознал, что его использовали в неких корыстных целях. Свои заявления Стрельцов, видимо, делал в бреду. Крайним, как уже говорилось, стал журналист, который, оказывается, неправильно понял сказанное Андреем.
Интересно, как Стрельцов мог давать повторные интервью СМИ, подтверждая в них свои же слова, если ранее «не потрудился проверить то, что он (журналист) написал»... На уже выложили аудиозапись интервью, чтобы читатели могли убедиться в подлинности высказываний Андрея.
Один из «героев» нашумевшего интервью Константин Сарсания уже принял неожиданные извинения Стрельцова, заявив, что будет просить своих коллег, упомянутых в беседе, не принимать дальнейших действий.
Ознакомиться с другими материалами, новостями и статистикой вы можете на чемпионата России по футболу.
Без отката нет подката?
Футболист Андрей Стрельцов рассказал о том, как играл за деньги, - якобы платил сам, чтобы попасть в состав команды.
ЭПИЗОД ПЕРВЫЙ. ПОБОРЫ С ИГРОКОВ
Просто некоторые тренеры говорят сразу - надо-надо, - режет правду-матку Стрельцов в интервью «Советскому спорту», говоря о том, как футболисты попадают в состав команды. - Это весь российский чемпионат знает. Что тут говорить? Что тут такого? Как будто никто не знает? Для тренера это как бонус, чтобы взять игрока в команду.
Кто же такой Стрельцов, который взрывает футбол? Играл в высшей лиге в «Спартаке» (том самом, который еще возглавлял Олег Романцев) и «Рубине». Ни в «Спартаке», ни в «Рубине» особенно не получилось.
Парень талантливый, скорость очень высокая, но характера не хватило, - говорит его тогдашний агент, а ныне тренер Константин Сарсания.
Мы спрашиваем Андрея Стрельцова о технологии футбольных откатов.
- А как это выглядело - вы наличные отдавали, карточкой перечисляли?
Да нет, просто говорили, надо заплатить, чтобы играть. И я говорил - не вопрос.
- А Сарсания говорит, что врете и характера не хватило, когда вас в «Рубин» взяли.
Курбан (Бердыев - экс-главный тренер «Рубина». - Ред.) говорил, что я мягко играл, то-се. А когда начал жестко играть, уже говорил другое. Начали меня от тренировок отстранять, и я уже говорю - несерьезно это, так договаривались, а получилось так.
Так вы платили ему за попадание в состав? Если завтра на вас Бердыев подаст в суд, вы чем докажете? У вас же нет видеозаписи, как давали?
А кто сказал, что я давал?
- Так вы же раньше говорили.
Я сказал, что от меня требовали - когда мне дадут сумму энную, надо отдать.
- Так не отдавали?
Так я же ушел из «Рубина». И мне сумму не полную дали. Я сказал, возьмите ее себе.
- Подъемные дали не полностью?
Да, часть выплатили, часть осталась там.
От редакции
Андрей Стрельцов, уже закончив карьеру, стал звездой футбольной России после своего интервью. При этом экс-игрок после громких заявлений вдруг начинает юлить, сглаживать углы... Если убрать все лишнее, картина получается простая - денег конкретно за каждый матч Стрельцов не платил, но кому-то отдал часть подъемных. Вернее, сумма оговаривалась, а получил он меньшую. А оставшуюся как бы заплатил за то, что взяли в команду. В «Рубине», кстати, Андрей провел всего один матч.
ЭПИЗОД ВТОРОЙ. НАДО ДЕЛИТЬСЯ
История, которая случилась с Андреем в Брянске, где он играл в «Динамо», несколько иная.
Там подошел какой-то его агент или кто еще и говорит, что у тебя типа зарплата большая, надо делиться, - говорит Стрельцов. - А я говорю - в смысле делиться? А он говорит, что надо делиться с тренером, все футболисты делятся. Я говорю, что у меня зарплата, я делиться не буду. Хотите, говорю, отдавайте или в аренду, или вообще, но делиться не буду.
Кто конкретно ему говорил, что надо делиться, Стрельцов не может вспомнить: «Да мужичок какой-то с усиками. Я не понял, он или как типа спортивный директор».
Слово тренеру
А вот тренер тогдашнего «Динамо» (Брянск) Валерий Петраков грозит судом.
Это просто какое-то издевательство, - говорит Петраков. - Вы поймите, я даже про такого футболиста Стрельцова не слышал. У меня люди играют те, которым я доверяю. Если по каким-то параметрам человек не проходит в основной состав, уж поверьте, это не моя вина. Надо посоветоваться с юристом, прежде чем какие-то шаги делать. Обсудим, и, если будет такая необходимость, воспользуюсь этим, просто чтобы этого человека наказать. Чтобы он знал, как такие высказывания опубликовывать и делать такую клевету.
ЭПИЗОД ТРЕТИЙ. ТЕРПЕТЬ НАСТАВНИКА
Вспомнил Стрельцов «Спартак». Там, говорит, тренер выпивал. Тот самый Олег Романцев, легенда российского футбола.
Романцев же не в запой уходил, просто не хотел показывать, что выпивает, - говорит Андрей.- Просто очки надевал, чтобы было не видно. Чего такого, просто при таких стрессовых ситуациях. Тем более у него и сборная, и «Спартак». По-любому выпивать нужно. В «Спартаке» было много иностранцев, тяжело. Он так смотрел вокруг - блин, говорит, как же объяснять-то? И с переводчиком все равно объяснял.
От редакции
Непонятно, с чего вдруг Андрей взялся раскрывать подноготную нашего футбола. Сейчас он работает в ФМС в Химках. Ясно, что в нашем футболе чего только нет. Но, похоже, в очередной раз перевести дело из разряда слухов в разряд судебного разбирательства не получится. В очередной раз дым есть, а огня нет...
Отметим, что в составе «Рубина» Стрельцов провел один матч. За «Спартак» защитник играл в 2001-2002 годах и стал чемпионом России (2001). Также он выступал за «Нефтехимик» (2004), «Динабург» (2005), Анжи» (2006-2008, 2010), «Луч-Энергия» (2008), «Химки» (2009), брянское «Динамо» (2011).
«Бердыев никаких денег не требовал»
Андрей Стрельцов извинился за скандальное интервью о российском футболе.
Бывший футболист «Спартака», «Рубина», «Химок» и других клубов Андрей Стрельцов извинился за свое скандальное интервью о российском футболе. В нем спортсмен, в частности, обвинил Курбана Бердыева в том, что специалист брал с игроков деньги за попадание в состав. Последний пообещал подать на Стрельцова в суд за клевету
Интервью Андрея Стрельцова Sports.ru буквально взорвало медиасферу в российском футболе. Бывший защитник «Спартака», «Рубина», «Анжи», «Химок» без утайки раскрыл читателям всю подноготную отечественного чемпионата.
Среди важнейших обвинений Стрельцова, ныне работающего в Федеральной миграционной службе, стало заявление о том, что экс-главный тренер «Рубина» Курбан Бердыев, за который футболист выступал в 2003 году, брал с игроков деньги за попадание в состав.
«Он сказал Косте (агент игрока Константин Сарсания. — «Газета.Ru»): «Как только ему выдадут сумму, надо отдать часть». Я говорю: «Не вопрос». Тренировался, сидел на теоретических занятиях, но не играл ни за дубль, ни за основу. Звоню Косте: «Что за фигня?» - «Сейчас сумму получишь, отдашь ему и будешь играть». Я отдал деньги, но Бердыев меня все равно не выпускал. Ссылался на то, что я мягко играл на тренировке», — рассказал Стрельцов.
По словам Андрея деньги с игроков за место в составе брал не только Бердыев, но и Валерий Петраков, последним местом работы которого является московское «Торпедо». Якобы в бытность тренером брянского «Динамо» тренер потребовал со Стрельцова «откат», но тот наотрез отказался отдавать деньги и вскоре покинул клуб.
Петраков первым из фигурантов скандального интервью заявил о желании подать в суд на бывшего подопечного и «наказать его за клевету».
Вскоре о подобном желании рассказали другие герои историй Стрельцова. Омари Тетрадзе, еще одного тренера, Андрей обвинил в пособничестве грузинским игрокам, а также поведал о драке со специалистом, которая произошла, когда тот работал в махачкалинском «Анжи».
Своего агента Константина Сарсанию Стрельцов упрекнул в желании нажиться на футболистах. По словам игрока, Сарсания стремился организовать ему как можно больше переходов, чтобы зарабатывать деньги с процентов от трансферов.
Наконец, экс-президента «Спартака» Андрея Червиченко Стрельцов обвинил в том, что функционер не позволил ему перейти в итальянский «Милан», запросив у «россонери» слишком большую сумму, а бывшего наставника красно-белых Олега Романцева в пьянстве.
«Когда пьяный, черные очки наденет и сидит, чтоб не видно было. Играли однажды с «Торпедо». Романцев меня на замену вызвал: «Так, Андрюх, в нападение выходишь» - «Я вообще-то защитник». - «Да? Ну ладно». В итоге выпустил в полузащиту», — поведал спортсмен.
Интервью Стрельцова вызвало серьезный резонанс, приоткрыв грязные тайны российского футбола. Однако риторика самого героя беседы становилась все менее обвинительной. Позже в интервью «Советскому спорту» Андрей не отрицал сказанного раннее, но отвечал на все вопросы с явной осторожностью.
«Я же говорю о своем опыте. Когда я пришел, в Казани было так. Почему бы, когда тебя взяли, не отдать? Нормальное явление... Да нет, это было как бы одновременно... А то, что там написали, что Курбан берет со всех, это от себя чуть добавил... Хех. А кто сказал, что я давал?» — дословно процитировал Стрельцова «Советский спорт».
Вместе с тем Андрей опроверг историю о драке с Тетрадзе, отметив, что имела место всего лишь небольшая потасовка.
Через пару дней риторика Стрельцова изменилась кардинальным образом. Экс-футболист сам позвонил в одно из российских спортивных изданий и извинился за сказанное ранее. Виноватым во всем оказался журналист, бравший интервью у Стрельцова.
«Признаюсь, не ожидал, что все сказанное мной вызовет такой резонанс. Только теперь я понял, насколько был не прав, когда откликнулся на просьбу тех, кто уговорил меня дать это интервью. Ясно, что они преследовали какие-то свои цели, стремясь с моей помощью опорочить нормальных людей, — цитирует Стрельцова «Спорт-Экспресс».
Поэтому прежде всего хочу извиниться за свои слова перед Константином Сергеевичем Сарсанией, Валерием Юрьевичем Петраковым, Курбаном Бекиевичем Бердыевым, Омари Михайловичем Тетрадзе и всеми теми, кого я невольно обидел в своем интервью. Все они - исключительно порядочные, преданные футболу люди. Заявляю: никому из них я никаких денег не давал и никто их у меня не требовал. А журналист, с которым мы общались, не совсем верно меня понял. Сам я, в свою очередь, не потрудился проверить то, что он написал».
Объяснения Стрельцова, мягко говоря, вызывают вопросы. Еще пару дней назад он не отрицал сказанного прежде и пусть с оговорками, но полностью подтверждал все обвинения в адрес Бердыева и компании.
Теперь же экс-футболист резко осознал, что его использовали в неких корыстных целях. Свои заявления Стрельцов, видимо, делал в бреду. Крайним, как уже говорилось, стал журналист, который, оказывается, неправильно понял сказанное Андреем.
Интересно, как Стрельцов мог давать повторные интервью СМИ, подтверждая в них свои же слова, если ранее «не потрудился проверить то, что он (журналист) написал»... На сайте Sports.ru уже выложили аудиозапись интервью, чтобы читатели могли убедиться в подлинности высказываний Андрея.
Один из «героев» нашумевшего интервью Константин Сарсания уже принял неожиданные извинения Стрельцова, заявив, что будет просить своих коллег, упомянутых в беседе, не принимать дальнейших действий.
Андрей Стрельцов: Раньше «Спартак» играл в одно касание, теперь этого нет
Бывший полузащитник красно-белых Андрей Стрельцов рассказал о прелестях работы футбольным агентом.Стрельцову всего 33. Он чемпион России 2001 года в составе «Спартака». Болельщики наверняка помнят его и по выступлениям за «Анжи». Но игровую карьеру Андрей уже завершил. Еще несколько лет назад.
«ПОСЛЕ ФУТБОЛА РАБОТАЛ НА ГОССЛУЖБЕ»
- О вас давно ничего не было слышно. Чем занимались, повесив бутсы на гвоздь?
- После завершения карьеры я немного работал в структуре ФМС. Когда служба стала переходить в МВД, я ушел. Как раз в этот момент приехал мой товарищ из Харькова, и мы с ним занялись футбольной темой.
Cтатьи | Как убивают «Спартак». Почему у Карреры игроки ломаются чаще, чем у других?
- Почему сразу не пошли по футбольному пути, а выбрали госслужбу?
- Я не пробовал куда-то специально идти. Просто были хорошие знакомые, которые предложили попробовать себя в новом качестве. Я, недолго думая, согласился. Была усталость от футбола и всего, что с ним связано. Поэтому та работа стала чем-то новым для меня.
- Быстро вам удалось адаптироваться в новой для себя профессии?
- Каждый спортсмен должен это уметь. У меня не было сложностей, руководство всячески мне помогало. Так же, как и в футбольном клубе, налаживал отношения в коллективе. В любой структуре есть команда, где все друг другу помогают.
- В коллективе знали, что вы футболист, да еще и чемпион России?
- Да, знали. В трудовой книжке был один футбол. Многие, конечно, опешили: мол, как так, футболист? У них такого никогда не было.
- Потом все-таки вас потянуло к старому ремеслу?
- Конечно. Вся жизнь прошла в спорте, у меня вся семья спортивная. Отец трудился в селекционном отделе в «Зените» и «Динамо». Я познакомил его с Костей Сарсанией. Вот он с ним и работал долгое время. В какой-то момент мы с отцом поговорили, и он посоветовал мне вернуться в футбол, потому что госслужба - это не мое.
Я решил пойти в агенты. Мы обратились к Алексею Сафонову, который подсказал, как и с чего начинать.
- Вы обладатель легендарной футбольной фамилии. Вам это помогало в жизни?
- Все спрашивали, являюсь ли я родственником Эдуарда Анатольевича. Конечно, приятно, когда тебя сравнивают с игроками, которые вписали свое имя в историю мирового футбола. Сказать, что мне это как-то помогало? Думаю, нет.
«СПОРТ ВНЕ ПОЛИТИКИ. В РОССИИ ИГРАЕТ МНОГО УКРАИНЦЕВ»
- Почему вы выбрали именно агентскую деятельность?
- Мой отец работает в селекционной службе и, соответственно, знает всю Россию. Мне искренне хочется помогать спортсменам, устраивать их. И вести дальше их карьеру. А не так, как некоторые: пристроили и забыли. Я сам игроком через все это прошел, поэтому знаю, о чем говорю.
- Есть уже у вас успехи, как у агента?
- Да, мы с моим партнером Александром Шеховцовым проделали значительную работу. Некоторых устроили, кое-кому еще предстоит отправиться в клубы.
Денис Романцов встретился с Андреем Стрельцовым, который играл за романцевский «Спартак», забивал за «Милан» и дрался с тренером «Анжи».
Андрей Стрельцов мелькал в чемпионском «Спартаке» Романцева, ездил на кастинг в «Милан» и «Ювентус», мучился у Курбана Бердыева, спасал от вылета «Анжи», выигрывал чемпионат Латвии, а теперь, в тридцать один год, работает в Химках в Федеральной миграционной службе.
- Читал, что в детстве вас тренировал отец.
Да. Отец и сейчас в футболе. Он - лучший в России селекционер по юношам, искал игроков «Зениту» в 2008-м, когда они выиграли УЕФА и Суперкубок, в «Спартаке» работал. Отец лет семнадцать сотрудничает с Костей Сарсанией.
- Как они познакомились?
Через меня. Я начинал в мини-футболе. Тренер сборной области предложил попробовать себя на большом поле. Исполнил последнего защитника - позвали в сборную Черноземья. Отыграл за них - ко мне подошел селекционер московской «Ники» Гузиков: «Приезжай». Подписал с ними контракт, мне лет четырнадцать было. Через полгода Сарсания перетащил в «Спортакадемклуб», который он собирал. Тогда-то он и познакомился с моим отцом, который привез меня в Москву. В Москве я жил в интернате, потом в академии в Чехове, потом стали кататься по Европе - нас хотели продавать, но агент Влад Светиков надурил Сарсанию.
- Как?
Сарсания хотел продать нас в «Милан», а Светиков подсуетился и продал нас с Данишевским в «Спартак». Костя звонит: «Завтра вылетаете в Италию». Я ему: «Куда? Мы уже в Тарасовке».
- Как так получилось?
Сарсания работал в паре со Светиковым. Влад нам сказал: «Я с Костей договорился - вы переходите в «Спартак». Мы приехали в офис, подписали контракт, уехали на базу, а утром позвонил Сарсания: «В смысле - в Тарасовке?» - «Светиков нам сказал подписать со «Спартаком». - «Ах, этот толстый!...»
- Контракт в «Спартаке» отличался от того, что был в «Спортакадемклубе»?
В «Спортакадемклубе» я получал тысячу рублей, а в «Спартаке» - четыреста долларов. Но раньше нам и тысячи хватало - мы ж на сборах на Кипре проводили по два месяца. Сидим себе и сидим на сборе - ну, иногда пойдем сопрем что-нибудь в магазине.
- Вас никогда не ловили?
На Кипре поймали двух ребят - Сарсании пришлось отдавать за них в полицейском участке девять тысяч долларов. Там как получилось - ребята зашли в спортивный магазин, надели на себя что-то, сверху - свою одежду - и пошли. Потом увидели, что полицейский идет, и стали скидывать краденную одежду в мусорку. Так бы, может, ничего и не было бы, но полицейские увидели, как они раздеваются, и ребята попали. Их даже побили в участке. Эти два парня так и не раскрылись в футболе - один пришел из «Шахтера» и уехал потом на Украину, а второй откуда-то с периферии был, ушел потом в первую лигу.
- Ваша первая зарубежная поездка?
С юношеской сборной России ездил на турнир в Бразилию. Мне было четырнадцать лет. Мы тогда как раз попали на карнавал в Рио-де-Жанейро. Тренер Смирнов разрешил нам сходить развеяться. Мы вышли в экипировке - местные нас радостно встречали, никто не обворовал. Потом купались в океане, накупили домой статуэток Христа.
- Сарсания в «Спортакадемклубе» был тренером или менеджером?
Менеджером. Тренировал нас Лобков. Ужасный тренер. Нам по пятнадцать лет, а мы с мячом вообще не работали, только бегали. Приедем на какой-нибудь турнир - в первом тайме нас возят, проигрываем 0:3, а после перерыва выигрываем 6:3. Соперники падали, а мы, наоборот, разбегались.
- Зачем Лобков вас так изводил?
Чтоб быстрее подготовить к продаже. «Спортакадемклуб» ориентировался на трансферы молодых игроков за рубеж. В футбол на тренировках почти не играли. Лобков еще злой был - вечно кидался в нас всем, что под руку попадалось. Как в армии, вообще жесть. Как же я радовался, когда попал к Романцеву!
У Иваныча нет беговой работы, все с мячом, но однажды он разозлился и дал нам максималку на тридцать минут. Мы минут пять пробежали, и Романцев остановил: «Берем мячи!» Никто бегать не хотел. «Бегать - не спартаковская тема», - сказал Романцев. А вот Вячеслав Грозный - наоборот. Когда Иваныч уезжал в сборную, Грозный заставлял нас бегать. Васек Баранов ему говорил: «Викторыч, мы чего, легкоатлеты, что ли?»
- С кем вы играли в «Спортакадемклубе»?
Данишевский, Павленко, плюс ребята, которые в «Ювентус» уехали - Ильяс Зейтуллаев, Витек Будянский, Серега Коваленко.
- Павленко же тоже удалось продать?
Да, они ездили в «Лозанну» с Андрюхой Поповым. Уже из «Лозанны» Павленко пришел в «Спартак». Он помоложе нас с Данишевским. По паспорту. А так нет.
- Он переделал себе паспорт?
- Среди африканских легионеров «Спартака» попадались аналогичные случаи?
Был один. Наши врачи его обследовали, увидели шрамы, рубцы, говорят: «Ему сорок лет». А по паспорту - двадцать пять. Не помню, как его звали - его в «Спартак» после такого медобследования, конечно, не взяли.
- «Спартак» за вами наблюдал до трансфера или просто агент Светиков привез в офис, и вас подписали?
Нас смотрели в чемпионате Москвы. За «Спартак» в нашем возрасте выступали Самедов и Торбинский, но они тогда еще слабо играли, и в основу их подписывать не хотели, а нас с Данишевским забрали сразу. Вячеслав Грозный приехал: «Вот этих двух - к нам».
- «Спартак» вас сразу в основу взял?
Тренировались с основой, но играли за дубль. А потом я в семнадцать лет вышел в премьер-лиге и стал чемпионом России.
- Как отмечали чемпионство?
Золотые медали вручали в казино «Кристалл». Я чуть опоздал, все места уже заняты были. Меня посадили с певцами - Трубачом и Моисеевым. Говорю им: «А вы знаете, что моя любимая песня - «Лодочка плыви»? Вы с Сарухановым поете». - «Ну все, значит, пойдем петь сейчас». - «Да не, вы что». Но меня потащили на сцену - я оказался единственным игроком, кто пел в тот вечер.
- Как вас встретили ветераны «Спартака»?
Нехотя. Больше всего нас не любил Ананко. Мы с Даней (Данишевским - Sports.ru) скоростные были, и Ананко нас постоянно лупил. Злился, что не может нас догнать - мы, пацаны, тогда еще не думали, только бегали. Обыграем Ананко, убежим, и он нас бил сразу. Потом он говорил про нас: «Да они нихера не умеют». Егор Титов с Димоном Парфеновым тоже встретили прохладно, но потом, когда все разбрелись по клубам, стали общаться как друзья.
- Баранов-то не мог прохладно встретить.
Васек - да, веселый. На сборах чудил - кидал Кебе и Лоуренса Аджея в бассейн после тренажерных залов в Турции. Мы ж с Барановым на одном фланге играли. В последней игре 2001 года я сыграл рукой, «Локомотив» нам забил и мы проиграли. В перерыве сижу в раздевалке, сил нет. Романцев заходит: «Вась, ты Андрюхе-то помогай, назад возвращайся. Чего он за тебя носится, а ты бамбук куришь». Васек ему: «А чего мне возвращаться? Он и так справляется». А я чувствую - мне уже вилы.
- С Данишевским в скорости соревновались?
Грозный устроил нам как-то соревнование - Лоуренс Аджей, Сонин и мы с Даней. Мы три раза бежали и три раза я приходил первым. Грозный думал, что Даня быстрее всех бежит. Но Даня бежит, когда разгонится, а короткие дистанции - не его.
- Вы общались с легионерами «Спартака»?
Конечно. Меня просили помогать всем иностранцам, которые приезжали в «Спартак», - то туда свозить, то сюда. Сначала поселили в номере с Эссьеном Фло. Своеобразный парень - сыграли плохо, все расстроены, а ему по фигу, включает рэп и веселится. Мы с ним по-английски общались - я с ним как раз и учил язык. У него чуть ломанный английский - нигерийцы глотают окончания и их трудно понимать, приходится додумывать.
- Как чудил Кебе?
Не любил врачей. Прятался от них в туалете. На тренировках заводился на ровном месте и начинал драться. Чуть его зацепишь - начинается. Он ото всех держался в стороне, только со мной общался. Потом мы с Кебе в «Анжи» играли - они и там зарубался с дагестанцами и грузинами.
- На вашей позиции в «Спартаке» играл Жерри-Кристиан Тчуйсе.
Хотя я и играл на его позиции, Чуня меня все время подбадривал: «Андрюх, давай!» Здорово говорил по-русски, благодаря жене из Краснодара получил российское гражданство. Дружелюбный парень. Я, кстати, и сейчас общаюсь в фейсбуке со всеми иностранцами из «Спартака» - с Фло, Зоа, Кебе, бразильцами. Зоа написал как-то: «Прилетай ко мне в Камерун!» Я как посмотрел, сколько туда лететь, еще и прививки делать - ну их.
- Как проводили время с этими ребятами в Москве?
С африканцами мы в клубах тусили - они там куролесили, а я у них переводчиком был. Один раз от скинхедов убегали в Парке Сокольники. Идем - я, Фло и Кебе. Смотрю: скинхеды бегут за нами. А Фло с Кебе смотрят на них спокойно. Я им: «Бежим!» Скинхеды аж до до подъезда за нами неслись.
- «Спартак» делился на группировки?
Да. В моей компании были Сонин, Павленко, Данишевский и Кудряшов. На тренировках мы всегда обыгрывали стариков, и они злились нереально. До драк доходило. Особенно с черными ветераны часто дрались. Африканцы-то безбашенные - прыгали с двух ног, и начиналась разборка.
- Чем Романцев удивлял?
Он выпивать любил. Когда пьяный, черные очки наденет и сидит, чтоб не видно было. Играли однажды с «Торпедо». Романцев меня на замену вызвал: «Так, Андрюх, в нападение выходишь» - «Я вообще-то защитник». - «Да? Ну ладно». В итоге выпустил в полузащиту.
- Сычев и Жирков приезжали в «Спартак» при вас?
Сычев три раза приезжал. Его дважды не брали, я ему говорил: «Не расстраивайся, еще вернешься». Юрец Жирков тогда слабенький был, только одной ногой играл, тренеров не впечатлил.
- В «Милан» вы все-таки поехали?
Да, но позже. После Кубка Содружества приехал Франко Барези и пригласил меня еще раз. Мне было семнадцать лет. Когда я уезжал в «Милан», Шикунов с Червиченко сказали: «Если дадут полтора миллиона - отпустим». Я сыграл за «Милан» две товарищеские игры - отдал две голевые и два забил. Я вообще не отличался от игроков «Милана», потому что Романцев научил меня играть и в одно касание, и в два, и обводить. Ко мне подошел Сержиньо: «Ты из какого штата Бразилии?» Каха Каладзе, помогавший с переводом, объяснил ему: «Он не из Бразилии, он из «Спартака». Сержиньо: «Офигеть, а по технике и не скажешь».
- Первое впечатление от «Милана»?
Как только приехал, жил два дня в доме у Барези, потом - на базе в Миланелло. Захожу в раздевалку - а навстречу Мальдини. Рядом со мной всегда были Каладзе и Кутузов - а вот Шева тогда травмирован был. Мы с ним встретились только на чьем-то дне рождения на катере. Еще запомнилось, что все тренировки «Милана» показывали по клубному телевидению. Возвращаешься в номер вечером и смотришь.
- Интересно жилось в Италии?
По сравнению с Россией - скучно. Тренировка закончилась - я, Каха, Гаттузо, Руй Кошта ездили в кафешку. Они были с женами, брали винчико, ужинали - и все, больше там делать нечего. Молодежь «Милана», примавера, гуляла по клубам, а я не ходил, потому что общался с опытными игроками, а они не советовали мне соваться в клубы.
- Что вам говорил Анчелотти?
- «Не передерживай мяч, кидай Индзаги!» А он все время в офсайде бегал. Ну вот, так получилось, что я как раз Индзаги два голевых паса и отдал, а сам забил два мяча с передач Ибраима Ба. Товарищеские матчи играли с «Фиорентиной» и «Кьево».
- Что интересного Каладзе рассказывал?
Говорил: «Тут ты можешь бухать и курить, никто ни за кем не смотрит». Гаттузо приезжал на тренировку на «феррари» с сигарой в зубах. Главное - кто как себя на поле показывает. В «Милане» намного проще играть - можно принять мяч, обвести кого-то. В России ты обыграл кого-то, а тот в тебя сзади как прыгнет. В «Милане» я играл правого линейного и мне не глядя давали передачи вперед, на ход, потому что знали, что я должен там быть. Если бы я там не оказался, тренер бы спросил - почему ты не там.
После двух игр Анчелотти меня вызвал и через Каху сказал: «Давай подписывать контракт». Сарсания передал это Червиченко с Шикуновым, но те изменили условия: «Пусть дают четыре миллиона». В итоге «Милан» за четыре миллиона купил Дарио Шимича.
Константин Сарсания и Дик Адвокат
- А вы?
Поехал в «Ювентус» на одну игру. В «Юве» сказали: «Если он нам подойдет, мы дадим четыре миллиона». Я опять отдал две голевые передачи - в товарищеской игре с «Удинезе». Марчелло Липпи: «Нам все нравится. Но он же не Зидан, чтобы по одной игре его оценивать. Пусть еще приезжает». Сарсания ему: «Как он приедет? Он и так в Италию прилетел почти втихаря. Пришлось загранпаспорт менять, чтоб никто не узнал про эту поездку».
Я вернулся в «Спартак». Поругался с Романцевым, он меня зачехлил чуток - до поездки в Италию я постоянно играл за «Спартак» на сборах. Потом в дубль «Спартака» пришел Юран и сказал мне: «Андрюх, я поговорю с Иванычем - нормально все будет». Так Романцев вернул меня в «Спартак». Вызвал меня Иваныч: «Почему ты не хочешь играть в «Спартаке»? - «Да я хочу, просто у меня такой агент - он меня туда-сюда. Я ж не могу ему отказать». После сезона Сарсания говорит: «Я договорился с Курбаном - давай в «Рубин». Тогда я еще не соображал - агент говорил и я ехал. Надо было оставаться в «Спартаке».
- Червиченко с вами часто общался?
Постоянно - и с Костей Сарсанией, и с батей моим. Червиченко просил, чтоб я не уезжал из «Спартака» в «Рубин», но «Спартак» не хотел подымать мне зарплату, а «Рубин» сделал нормальное по тем временам предложение. В итоге не продали в «Милан» за полтора миллиона, а продали в «Рубин» за четыреста тысяч. А я вместо четырехсот долларов в «Спартаке» стал получать пятнадцать тысяч долларов в «Рубине».
- Почему жалеете об уходе из «Спартака»?
С тех пор почти каждый год менял клубы. Косте Сарсании это выгодно - он зарабатывал на этом. А Романцев ко мне очень хорошо относился - даже когда за ветеранов играл, брал меня, восемнадцатилетнего, с собой. Ему приятнее было с российскими футболистами работать, у иностранцев было несколько переводчиков, но бывало, что он долго объяснял им что-то, а они все равно не понимали.
- Почему вы завязали с футболом?
Равиль Сабитов пригласил в «Даугаву» меня, Диму Половинчука, Серегу Яшина, Эльдара Мамаева. Стали чемпионами, но денег нам не заплатили. Мы обратились в УЕФА. Пока идет разбирательство, футболист не имеет права играть - а суд-то до сих пор идет. Мне только через два года после ухода из «Даугавы» прислали разрешение куда-то заявиться. А куда я заявлюсь после такого простоя? Во вторую лигу? Ездить по России на автобусе и убиваться за те же 60-100 тысяч рублей? Сильного желания нет.
- Много должны латыши?
Тридцать тысяч евро. У меня и с Махачкалой была такая же ситуация - я уходил из «Анжи», а они меня не отпускали. Контракт заканчивался, приходил Сулик Керимов, он хотел меня видеть в команде, а Гаджиеву по фигу. Мы с ним не особо ладили. Меня пригласили в московское «Динамо», где были Костя Сарсания и Божович. Я подписал предварительный контракт, собирался лететь с «Динамо» на сборы, и меня сняли с самолета.
- Как так?
В последний момент сказали: ты не летишь. Я позвонил Косте. Он: «Сейчас разберусь». Оказывается, его уволили из «Динамо», на его место пришел Виктор Панченко, который притащил другого правого защитника.
- Ваши действия?
Тренер Брянска Александр Смирнов, узнав, что меня не взяли в «Динамо», позвал к себе. Кличка у Смирнова - Война, почему-то игроки его так прозвали. Но в Брянске я пробыл недолго. Как только Петраков там появился, я сразу ушел.
- Что с Петраковым не так?
Он пришел и сказал, что ему нужно платить за то, чтобы я играл.
- Это первый раз в вашей карьере?
Нет. В «Рубине» так же было.
- У Бердыева?
Да, он со всех берет. Берет от контракта и от зарплаты. Когда я в «Рубин» пришел, мне еще девятнадцати не было, а до этого самым молодым был Андрюха Коновалов - он в свои тридцать лет всегда первым в квадрат заходил, потому что остальные были еще старше.
- Когда Бердыев сказал вам, что ему нужно платить за место в составе?
Сразу, как только я контракт подписал. Он сказал Косте: «Как только ему выдадут сумму, надо отдать часть». Я говорю: «Не вопрос». Тренировался, сидел на теоретическим занятиях, но не играл ни за дубль, ни за основу. Звоню Косте: «Что за фигня?» - «Сейчас сумму получишь, отдашь ему и будешь играть». Я отдал деньги, но Бердыев меня все равно не выпускал. Ссылался на то, что я мягко играл на тренировке. Когда я начал играть жестко, Бердыев стал выгонять меня с тренировок. Там был Калисто, левый защитник, мы с ним зарубались, и из-за него меня Бердыев выгонял.
- Процент отдавали существенный?
Приличный.
- Отдавали только российские игроки?
Черногорец Радосав Булич рассказывал: «Первый раз такое вижу. Ко мне подходят и говорят, что надо платить тренеру. Такого нет в Европе». - «А тут так», - говорю.
- Чем еще Бердыев удивлял?
Бердыев не запрещал игрокам тусоваться, мы постоянно собирались в ресторанах, и заняли третье место. На следующий год запретил - и «Рубин» упал. Потом опять разрешил - и «Рубин» четвертым стал. В «Спартаке», например, такого не было - чтоб вся команда отдыхала в одном месте, там ветераны считали себя великими и не общались с молодыми, а опытные игроки «Рубина» всегда звали меня с собой.
- Бердыев был кандидатом на место тренера «Спартака». Как к этому отнеслись?
Если б Бердыев пришел в «Спартак» - был бы вообще пипец. У него чисто оборонительный стиль. На установках он делал акцент только на контратаки.
- Может, благодаря этому и удалось третье место занять в первый сезон в премьер-лиге?
Благодаря этому и благодаря деньгам.
- Деньгам - на зарплаты своим игрокам?
Нет, другой команде.
- В Татарстане вас отправляли в «Нефтехимик». Чем запомнилось то время?
Они вылетали и нескольких человек из «Рубина» отправили спасать их. Я забил с центра поля «Балтике» юбилейный, семисотый гол «Нефтехимика», и мне подарили музыкальный центр и телевизор.
- Какие еще вам подарки делали?
В Махачкале - телефон Vertu. Я увидел такой телефон у директора «Анжи» Ильяса Магомедова, и сказал: «Давай, если мы останемся в первой лиге - ты мне подаришь Vertu». - «Не вопрос». В итоге я забил, мы остались, и Ильяс подарил мне телефон - он долларов 500 стоил.
- Как вы уходили из «Рубина»?
- «Рубин» мне должен был сто пятьдесят тысяч долларов. И отказывался отпускать в другой клуб. Я предложил им: «Оставьте эти деньги себе, но дайте мне уйти». Меня из Казани вытаскивал Осман Кадиев, президент махачкалинского «Динамо», он был правой рукой Япончика. Договорились там как-то через бандитов, чтобы меня отпустили из «Рубина». Этот Осман дружил с президентом латвийского «Динабурга», куда я поехал набирать форму после травмы. А потом попал в «Анжи».
- Где жили в Махачкале?
Пацаны на базе, а я - в городе. На базу-то ни с девушкой не приедешь, ничего. Правда, в городе я два раза подрался с местными - но потом подружился с этими же ребятами. В Махачкале у меня появилось много друзей - например, юморист Халил с СТС. Даже сейчас, когда дагестанцы приходят ко мне на прием в ФМС и видят на табличке мое имя, начинают болтать со мной про «Анжи».
- Из-за чего дрались в Махачкале?
Девчонки, певицы, пригласили меня в клуб. Местные все в черном, а я приехал - как москвич. Ко мне один подходит, пьяный в лабуды: «Ты нам не нравишься. Чего ты тут делаешь?» - «В смысле?» - «Ты знаешь, кто я?» - «Да мне по барабану». - «Я борец». А сам бухой в хлам. Говорит: «Пойдем выйдем на улицу». Он спустился, развернулся - и хочет меня ударить. Я ему с ноги засадил. Охранник прибежал: «Что случилось?» - «Со ступеньки упал пьяный», - говорю. Скорая приехала, нашатырь ему дала, прибежали его друзья. Я позвонил нашей охране: «У меня проблемы, приезжайте». Охрана приехала, всех повалила: «Вы чего, не знали, что это футболист «Анжи»?» - «Да он нам не сказал». С тех пор мы подружились. А второй раз я вместе с этими ребятами дрался против других.
- На поле дрались когда-нибудь?
В Латвии со «Сконто» играли. Двое толкались, подбежал их игрок, ударил сзади нашего - и понеслась. Была основная куча-мала, а мы с вратарем в другом месте дрались. Меня сначала не удалили с поля, а потом дали дисквалификацию на семь игр. А в «Анжи» я однажды с Омари Тетрадзе подрался.
Андрей Стрельцов и Иван Саенко
- Как так?
В команде было девять грузин. Тетрадзе сказал: «Когда вместе собираемся, на грузинском чтоб никто не разговаривал». Но они его не послушались и стали говорить по-своему. Я подошел к Тетрадзе: «Мы же договаривались. Они ведь и на поле по-грузински говорят». - «Это не твое дело». Играли потом с «Камазом». Я забил красивый гол - мяч прилетел с левого фланга и я с лета пробил. 1:0, а потом два пропустили и ушли на перерыв с 1:2. В раздевалке - грузинская речь, потом Тетрадзе попер на дагестанцев. Я ему: «Вы чего, ваши грузины Ходжава и Арзиани вообще не бегают, пешком ходят». - «Ты чего, мля?!» И мы с ним, короче, сцепились. Тетрадзе: «Ты у меня вообще больше играть не будешь?» Потом болельщики пришли к президенту «Анжи» Магомедову, а он вообще не в курсе, что меня отстранили. Магомедов подошел к Тетрадзе: «Здесь я буду решать, кто играет, а кто нет».
Тетрадзе меня не любил, но выпускал. Причем заставлял бегать от своей штанги до чужой - и еще жаловался, что я не замыкаю. Говорил ему: «Михалыч, вы же сами крайним защитником играли и нихера не бегали. Как в атаке что-то создать, если сил уже нет?» Прибежал в атаку - тебе не дали пас, ты вернулся, у тебя пульс двести и тебе надо опять бежать вперед.
- Тетрадзе два раза выводил команды из ФНЛ, но ему не давали поработать в премьер-лиге. Почему?
Из первой и второй лиги можно вывести кого угодно. Там ты деньгами решил вопрос, а в премьер-лиге играть надо.
- Грузинских игроков поставлял один человек?
Мамука. Он всегда был рядом с «Анжи» и решал, кто выходит на поле, а кто нет. Мамука говорил мне: «Подпиши со мной контракт и будешь играть». - «Пошел ты».
- Как вы оказались во владивостокском «Луче»?
Я судился с «Анжи» в КДК, опять мне Осман помог, а потом перешел в «Луч». Тренером «Луча» был Зоран Вулич - он знал, в каких клубах я играл, спрашивал меня о тренировках в «Спартаке» и «Милане». А потом я получил травму, команду улетела на игру, а я пошел в клубы - не бухал, а просто с девчонками отдохнул. Вуличу это не понравилось, он меня отодвинул. Вулича сменил Семен Альтман, он и вернул меня в команду. С Вуличем мы тренировались раз в день, а Альтман решил сделать еще и утреннюю тренировку - в пять утра по Москве. Все засыпали. Первый месяц во Владивостоке даже дышать тяжело было.
- Как вы перелеты переносили?
Сначала трудно, потом начали со стюардессами знакомиться - и нормально.
- С кем подружились в «Луче»?
С Виталиком Булыгой каждый день куда-нибудь ездили. Весело было. Я к нему и сейчас езжу отдыхать в Минск.
- В «Химки» из «Луча» вас Сарсания пригласил?
Да. Однажды его попросили в интервью составить свою сборную мечты, и он меня написал правым защитником. В середину Тимощука поставил, в защиту Ломбертса с Крижанацем.
- После «Химок» какое у вас впечатление от Сарсании: тренерство - это его?
Нет. Его призвание - менеджер. Тренировки он вообще не умеет проводить. Взял программу какого-то француза и работает только по ней, не вносил никакого своеобразия. Костя спрашивал у моего бати: «Что ребята говорят про мои тренировки?» - «Да говорят - хрень ты даешь какую-то».
- Самый безумный матч в вашей карьере?
Поехали с «Химками» в Нальчик в 2009 году. До прихода Сарсании, в предыдущем сезоне нальчикский «Спартак» договорился с «Химками», что они отдадут им очки. Руководство сменилось и, когда Нальчик напомнил про долг, Костя ответил: «Чего это мы должны вам очки отдавать? Вы договаривались с предыдущим руководством. Очки нам и самим нужны». Прилетели - а нас даже автобус не встретил. Добирались на попутках, кто на чем, приехали за полчаса до игры, переоделись - и сразу на поле. Причем сначала на поле вышло только десять человек, все остальные не успели к началу матча. Сыграли вничью - нальчикское руководство бушевало, добираться в аэропорт нам опять пришлось своими силами. Местные кавказцы на своих пятерках и шестерках развозили нас по группам.
- В «Зенит» вы приезжали дважды?
Да, первый раз к Петржеле, но у меня тогда травма была - хрящ воспалился над коленом и ногу согнуть было нереально. Даже уколы не помогали, так и не смог тогда на сборах сыграть. После «Анжи» опять приехал на просмотр в «Зенит» - к Адвокату. На сборах в Эмиратах я играл по всей бровке - и сзади, и в атаке. Адвокат говорил: «Не трать силы». Я отвечал: «Да у меня много сил». А Влад Радимов так привык к моим подключениям, что кричал мне, получая мяч: «Стрел, беги!».
«Анжи» просил за меня у «Зенита» четыре миллиона. Адвокат сказал: «Я его возьму, но он будет вторым после Анюкова на месте правого защитника». Но руководство «Зенита» решило: «Зачем нам запасной за такие деньги?»
- Вас же приглашали в сборную России?
Дважды приходил вызов (когда я был в «Анжи» и «Химках»), но из-за травмы я оба раза не мог поехать.
- Почему у вас с Гаджиевым не сложились отношения?
Когда он тренировал «Крылья», ему предложили посмотреть на меня после травмы. «Куда я его возьму? Он не готов». Потом я в «Анжи» пришел, рассказал ему про ту историю, а он меня даже не запомнил. Из-за этого и была напряженность - он меня на хотел, а его помощник Андрюха Гусин говорил, что меня нужно ставить. Тренировки-то в «Анжи» все Гусин проводил. Гаджиев тренировки смотрел по телевизору - так ему было лучше видно.
Еще был случай - играли с «Динамо». Я с двух метров не попал в ворота и в «Спорт-Экспрессе» написали: «Друг Сарсании простил команду Сарсании».
- Сарсания оставался вашим агентом до конца карьеры?
После «Рубина» я с ним уже перестал общаться. Он просто звонил: «Давай сюда, давай туда». Только хуже мне делал. Отец с ним работает до сих пор, потому что очень верный. Его и Смоленцев звал в «Монако» - не идет.
- Где у вас была самая большая зарплата?
Во Владивостоке. Там и премиальные большие были. Однажды за домашнюю ничью с «Динамо» каждому дали по двадцать тысяч долларов. С «Зенитом» сыграли вничью во время наводнения, когда водное поло было, а не футбол - получили по двадцать пять.
- Чем вы сейчас занимаетесь?
Закончил с футболом три года назад, пару лет путешествовал, раньше-то не было времени. Бали, Мальдивы - скучно, лежишь, как амеба, а мне нравится под водой поплавать, на гидроцикле погонять.
Уже больше полугода работаю в ФМС - службе, без которой не обходится ни один человек. Все звонят - просят помочь с гражданством. Директор «Монако» Евгений Смоленцев на днях просил одному украинскому игроку помочь сделать гражданство РФ, потому что его хочет купить российский клуб. Еще играю на «Янтаре» в хоккей с актерами. Башаров, Иншаков, Матросов, Мерзликин. В эту команду меня привел Максим Коновалов из «Бумера» - у нас общий знакомый в Тамбове. Лучше всех из артистов в хоккей играет Марат Башаров, он раньше профессионально занимался.
- Где познакомились с женой?
В Латвии. Жена - латышка. У сына двойное гражданство.
- Кроме ФМС вас куда-то приглашали?
Захожу как-то в офис «Скайлинка» на улице 1905 года, а там Колюха Писарев сидит. «Давай ко мне - в сборную России по пляжному футболу». - «Не, не мое». Я тогда еще в Брянске играл.
Еще я хотел открыть в Химках свою школу. У меня здесь были друзья в администрации. Замгубернатора предлагал открыть школу, но не успели - его уволили, хотя он десять лет тут проработал.
- А вариант с ФМС как возник?
У меня много друзей в органах. Всегда предлагали: «Как закончишь - приходи работать в милицию». Но у меня нет юридического образования, а в ФМС оно особо не требуется, только начальнику. Я работаю заместителем начальника. В день проходит по триста человек - каждый со своим негативом, паспорта, гражданства, вид на жительство, устаешь больше, чем после тренировок. Зайдет какой-нибудь энергетический вампир - и все, после него вообще не можешь работать. В нашем районе - двести тысяч, а в нашем кабинете - четыре человека.
Олег Иванов недавно заходил. Ему детей надо было вписать в паспорт. Говорит: «Вызвали в сборную - наверно, для галочки». - «Да ладно, будешь играть». Говорю ему: «Мы в наше время по ФМС не бегали - нам все так делали».
Денис Романцов
http://www.sports.ru/tribuna/blogs/soulkitchen/795203.html